Алексей Абвов - Агент 000

У меня было серьёзное предположение, что если в этом мире присутствовать долго, то вернуться назад будет невозможно. Молекулы будущего будут постепенно замещаться молекулами прошлого. Так что разбитых на группы мышей кормили и местным кормом и тем, который был принесён вместе с ними из будущего, а также в некоторых пропорциях того и другого. Планировалось периодически перекидывать мышей через портал и оценить, как долго можно пребывать в прошлом, имея возможность вернуться к себе живым. И, если забежать вперёд, благодаря этим мышам мы сделали несколько больших открытий, одним из которых стала формула долгожительства, а, возможно и бессмертия, но до этого было ещё далеко. И пока экспериментальных данных было мало, на всякий случай я и Антон, забравшийся вместе со мной сюда, питались исключительно тем, что принесли с собой из нашего мира, да и воду местную не употребляли. Мало ли что, нам пока ещё рано окончательно 'рубить концы'.

Ещё к нашему хозяйству прибились две местных девушки, две сестры, Саша и Юля.

Они жили в паре изб от нас вместе с матерью и бабушкой. Вообще в этом небольшом колхозе было много молодых девушек в возрастах от 15 до 25 лет, кто родился незадолго до войны. Война для этого поколения пришлась очень некстати, выбив большую часть молодых мужчин, женихов и работников. И перспектив у молодых девушек практически не было, разве что уезжать в города. Кто-то ехал учится, но потом редко возвращался в родные деревни и сёла, так как страна очень быстро развивалась и распределяли после ВУЗов туда, куда больше было надо. В ту же Прибалтику, где создавали с нуля промышленность, и где было очень мало коренных жителей, чтобы заселить города. К примеру, столица Литовской ССР — Вильнюс, бывший польский Вильно, после отъезда из него поляков был практически пустым, даже городскую инфраструктуру некому было поддерживать. После войны проблему кое-как решили, собрав литовцев со всей республики и со всего Союза, но всё равно будущие промышленные окраины Союза насыщались людьми за счёт центральной России. Эх, мы теперь знаем, какова была прибалтийская благодарность русскому народу за всё это.

И вот теперь в здешнем, всеми забытом колхозе объявились мы, пара очень солидных мужчин. Не молодых парней, а сразу видно — серьёзных учёных. А потому мы сразу были окружены вниманием, как явным, так и скрытым. Первыми подсуетились наши соседки, а другие кусали локти, шушукаясь о том, что было и что будет.

Девушки были в самом соку, одной было 18, другой 20 лет, и что странно, обе они украдкой поглядывали на меня и почему-то совершенно игнорировали Антона, что его сильно задевало. Но он старался всё это открыто не показывать, и ходил ночевать к одной женщине, муж которой не вернулся с фронта, а днём наведывался ещё и к другой вдове и может быть к кому-то ещё. В общем, мужик не тратил время зря, в отличие от меня, постоянно чем-то занятого. И даже сейчас, когда на дворе давно была тёмная ночь, я ломал глаза, читая местные газеты в слабом мерцающем свете керосиновой лампы. И пора бы уже было завалиться спать, но старые привычки сидеть по ночам давали о себе знать. Девушки тоже не шли домой, прописавшись у меня окончательно, занимаясь вышивкой. Впрочем, их можно понять, дома строгая мать и ещё более строгая бабушка, будь у меня так, я бы тоже не пошел, ходить за скотиной с утра до вечера, сначала в колхозе, а потом дома не самое приятное занятие. Молчанье затянулось слишком долго, ещё с ужина, после которого Антон отправился к своей даме, а я взялся за газеты, но я видел, что девушки явно хотят поговорить, но не решаются первыми что-то спросить. Видя краем глаза их неловкость, я решил взять инициативу в свои руки.

– Юля, я вижу, что тебя давно прямо распирает изнутри желание что-то у меня спросить, зачем же столько терпеть?

Даже в тусклом отблеске света было видно, как девушка залилась румянцем, что ж, понятно, какие мысли у неё в голове бродят. Саша прикрылась своей вышивкой, но явно вся обратилась в слух.

– Дядя Алёша, а там, в вашей далёкой стране (девушкам мы рассказали, что за порталом просто другая далёкая страна) у вас есть жена?

– А с какой целью вы этим интересуетесь? — ответил я вопросом на вопрос, вгоняя Юлю в ещё большую краску. Да, всё я понимаю, но вот так взять и ответить прямо — значит поломать себе всю игру с большой перспективой. Всё же девушки мне нравились, хотя я этого тоже не показывал.

– Мы, девушки переглянулись, — хотели бы, чтобы вы взяли кого-либо из нас в жены, ну вы понимаете?

Вот тебе раз, они, оказывается, уже договорились за моей спиной.

– Понимаю. Других парней тут нет, да и поблизости тоже не наблюдается, но кто вам мешает в город уехать, неужели только отсутствие паспортов? Там много холостых парней…

– В город-то уехать не проблема, тут паспорт не нужен, нужна лишь справка из сельсовета или из колхоза, удостоверяющая личность. Но что мы в том городе делать будем, там и без нас хватает девок.

– Идите учиться, в швейное, к примеру, вон какие знатные вышивки у вас получаются.

– Вы всё равно не понимаете. Нельзя нам отсюда ехать, у нас мать и бабушка, они без нашей помощи не справятся с хозяйством, отец-то с фронта не вернулся, а дед ещё в гражданскую погиб. Да и ещё…, Юля была уже не просто красная, а уже пошла пятнами, голос её дрожал, — вы нам очень-очень нравитесь.

– Вам обеим? — несколько растерянно переспросил я, — как же вы меня делить-то будете, если я выберу одну из вас?

– А можно не выбирать одну? — подала голос из-за своей вышивки Саша.

– И как к этому отнесётся ваша мать и бабушка, вы не думали?

– Да как отнесутся, Юля таки почти пришла в себя, её голос перестал дрожать и румянец уже не был как после жаркой парилки, — бабушка нам сама сразу наказала быть рядом с вами, а мама ей никогда перечить не будет.

Да, вот что делает полное отсутствие мужчин в деревне, казалось бы, самые патриархальные сельские взгляды рушатся сами собой. Всё понимают люди старшего поколения, и, понимая, стараются дать своим детям лучшую долю. Уж как видят, уж как могут, всё равно выбирать-то не из чего. Хотя, с другой стороны, я стал замечать, как на меня смотрят женщины. Ладно бы только здесь, в деревне, но и в своём времени я как-то пользуюсь повышенным вниманием со стороны женского пола. И ведь если бы я для этого что-либо делал специально, так нет. Похоже, это опять шуточки хождения через портал, что-то он во мне такое изменил.

– А если я соглашусь взять вас обоих к себе женами, я решил довести дело до своего логического завершения, понимая, что всё равно рано или поздно его нужно будет решить, — вы сможете ужиться мирно друг с другом?