Кирилл Еськов - Америkа reload game (с редакционными примечаниями)
…При первом же взгляде на Расторопшина падре только присвистнул и обернулся к послушнику:
– Давай-ка дуй к сеньору Миллеру, живо: мы как раз через него проезжали – дорога тут одна, не перепутаешь.
– Это – куда? – мигом насторожился Зырянов.
– Тут, через холмы, есть хутор, хозяин – хороший человек, даст лошадь, за доктором сгонять.
– Прям так и даст, посреди ночи?
– Для меня – даст.
– Ну, спасибо вам, падре… – пробормотал резидент, успев уже сообразить: спустя час вся их секретность не будет иметь уже вообще никакого значения – что так, что эдак.
В дверях появился Ветлугин, с Сашей на руках – и тут стало твориться нечто странное. Падре как раз, сняв рясу и засучив рукава рубахи, готовился к перевязке – «…Ну-с, посмотрим, что здесь можно сделать, в рамках моих скромных медицинских навыков», – и взявшийся помогать ему Ривера сперва увидал, как внезапно перекосилась, переливая воду через край, жестяная миска в руках иезуита, лишь затем догадался взглянуть тому в лицо. «Он напуган… да что там – напуган, он в ужасе!..» – ошеломленно сообразил боевик; а ведь он-то знал: этот человек – точно не из боязливых…
– Силы небесные… – тихо вымолвил падре, сотворяя крестное знамение. – Причем тут врач – здесь нужен экзорцист!
– Вы это что, всерьез, святой отец?
– Нужен экзорцист, срочно – причем не моего уровня! – в неподдельном отчаянии повторил Игнасио, во все глаза глядя на спящего непробудным сном мальчика. – Поймите, я всего лишь – coadjutor formati spirituales*,
-------------------------------------
*Сoadjutor formati spirituales – духовный коадъютор (лат.), т.е. посвященный в духовный сан и занимающийся обучением юношества, миссионерством, исповедованием и проповедничеством (прим. ред. ).
-------------------------------------
мне с этим не справиться! Ну, точно так же, как я не смог бы, с моей фельдшерской подготовкой, сам сделать вот этому сеньору полостную операцию!
– Простите, святой отец – не могли бы мы с вами уединиться, ненадолго? Ну, вроде как для исповеди?
– Вроде как – тогда? – безнадежно вздохнул иезуит.
– Да, именно.
– …Падре, – начал Ривера, когда они перешли в соседнюю комнату; здесь было уже чисто прибрано, и Спаситель глядел на них с распятия взглядом командира батальона, вынужденного выполнять бессмысленный приказ об обороне незащитимой позиции. – Падре, девушка – колдунья…
– Да, я вижу, – равнодушно отозвался Игнасио. – Желаете просигнализировать? – ну, так с этим не к нам, а к коллегам –доминиканцам…
– Она сильная колдунья, святой отец. Тамошние иерархи – если их можно так назвать – ее побаиваются.
– Вполне возможно. И что?
– И – она хочет спасти мальчика, по каким-то своим резонам. Раз уж терять все равно нечего, святой отец – пусть она попробует?
– Вы сошли с ума! – помотал головою падре. – Всему же есть пределы… «Изгонять Бафомета силою Вельзевула…»
– Я не силен в здешних синкретических культах, святой отец, но девушка говорила, что ее богиня, Эрзули, состоит в родстве-свойстве с Девой Марией. Что она, по-вашему, имела в виду?
– Скажите, – устало усмехнулся иезуит, – а сан принять – действительно собирался некогда ваш покойный командир, а не вы сами?..
– Неважно… Так что там насчет ее Эрзули?
– Ну, как… Лоа Эрзули (лоа – не совсем боги, но здесь это неважно) – один из самых сильных и уважаемых персонажей их пантеона. Символ совершенной женщины, ведает любовью, во всех оттенках этого чувства: от ритуального секса до девичьей нежности. И да – из наших святых, которых они тоже, в простоте своей, полагают пантеоном, они считают ее воплощением Деву Марию.
– Ну, я так и думал… Не мне вам объяснять, падре, что всё богословие иезуитов густо замешано на культе Марии; враги Ордена утверждают даже, будто культ тот – нехристианский и вообще не авраамический, но это уж пусть их… Простому народу вы объясняете, что через Иисуса спастись очень трудно, а вот с помощью Богоматери – легко; синкретизму Богоматери с местными культами вы не препятствуете, а то и прямо его поощряете… А ведь колдунья наша обращается именно к Деве Марии – как к воплощению своей Эрзули! Разве не означает сие, святой отец, что сила колдуньи будет предоставлена нам, здесь и сейчас, Господом нашим, и в конечном счете послужит Вечной Славе Его?
– Вы что, на полном серьезе собрались поучить меня богословию, сеньор ликвидатор? – Игнасио встал, давая понять, что разговор окончен.
– У меня и мысли такой не было! – мотнул головою Ривера. – Просто я видел эту девушку в деле … И поверьте, святой отец: она – хороший человек, правильный…
…Вернувшись к обществу, падре обнаружил, что все там застыли в ожидании его решения.
– Отец Игнасио, – почтительно, но твердо прервала общее молчание Мария, – если что-то делать, то начинать надо немедленно!
Кстати – да…
– А что вы намерены предпринять? – неожиданно для себя спросил он.
– Ну, для начала мне надо расположить их, двоих, так, чтобы я могла видеть обоих из одной точки… примерно во-он оттуда…
– Вы слыхали? – поворотился он к Ривере; помедлил секунду, а затем приказал: – Делайте, как она говорит!
Быстрыми шагами вернулся в соседнюю комнату и преклонил колена перед распятием.
Ему было очень страшно. Очень.
59
– Компаньеро резидент, дождик редеет! – доверительно кашлянув, напомнил Иван Иванович. – Эдак скоро растянет, и атаковать придется – при луне!
– Да, я вижу. Повторяю: атакуем только когда эшелон уже появится из распадка. Как поняли?
– Хреново поняли! Уточните вводную, компаньеро – мы всё ж таки не ополченцы на ежегодных стрельбах под Петроградом!
Иерархия летела к черту, и ничего с тем поделать было нельзя: резидент действительно не должен лично вмешиваться в проведение силовой операции (что он понимает, кабинетная крыса, в рукопашном бое, снятии часовых и прочем диверсантском ширпотребе?..), но просто отдать приказ и ждать в сторонке его выполнения было сейчас тоже невозможно… Чертова речка (да какая там речка – ручеек в болотине…), чертов мост (да какой там мост – насыпь с водоводной аркой…) – и беспощадная плоскотина без единой складочки на полтораста метров вокруг…
– Обновляю вводную, компаньерос; раскрывая кое-какую закрытую информацию, поскольку – чего уж теперь… Мы должны были обеспечить прибытие в Новый Гамбург спецэшелона – надо понимать, с каким-то секретным вооружением. События, как вы знаете, пошли так, что если эшелон не прибудет нынче к утру – он не понадобится вовсе, никому и никогда: Техас фактически капитулирует, и Калифорния останется без союзника. На этом месте янки сделали отличный ход: эшелон можно не уничтожать, что хлопотно и опасно, а просто затормозить – ведь завтра это «яичко ко Христову дню» будет уже ни к чему. Мы, конечно, следили за крупными мостами – но на каждую переплюйку, вроде этой, людей не напасешься… В общем, покойный Флетчер нас обыграл… меня обыграл, извините – вы-то тут ни при чем.