Виктор Каменев - Шут (СИ)

— Разумеется, вас бы следовало поучить фехтованию, — заметил координатор. — Да только времени нет.

Бешеная схватка перенеслась во двор, под звёздное небо чужого мира. Вокруг короля оставалось только трое: дюжий старик, валивший мятежников пачками, пожилой человек — один из всадников, сопровождавших королеву до её встречи с Турди, и сама моя ипостась. Все они бились, как черти, да и его величество был не прочь хватить мечом кого-то из нападавших.

Через тёмный двор, полный мечущихся факельных огней, теней и криков, они пробились к конюшне, оставив у её входа старика, наповал сражённого пулей из пистолета. А вскоре король с ватажком разбойников и тем пожилым неслись на конях по ночным улицам столицы. Координаторы поймали в кадр и увеличили лицо моего будущего непосредственного начальника, после чего проделали то же самое с третьим всадником, сообщив при этом:

— Барон Гроссир. Самый большой враг Турди, а теперь и ваш. Собрав своих сторонников в провинции и подавив мятеж, король возвысил вас обоих.

— Нас?

— Я имел в виду Турди и Гроссира. Другое дело, что должность шута — самая большая милость, которую король мог пожаловать безродному человеку. Турди, однако, был не против. Вся эта история произошла десять лет назад.

Координатор замолчал, а я продолжал смотреть. Мне показывали интриги, заговоры и прочие мерзости. Периодически для меня увеличивали то или иное лицо, после чего следовал комментарий:

— Королева Хильда. Наследный принц Берт. Первый министр. Министр финансов. Обер-полицмейстер столицы.

Затем меня отключили от системы. Я думал, что смотрел эту галиматью часов шесть, но, как оказалось, прошло всего пятнадцать минут.

— В этой стране через сорок лет должен родиться человек… — начал лысый координатор.

— Что??? Я должен проторчать там сорок лет?

Координатор вытаращил на меня глаза.

— С ума вы сошли, что ли? — осведомился он. — Сделаете дело — и домой. Вашему государству…

— Моему?

— Государству Турди грозит вторжение соседей, что, скорее всего, закончится его гибелью. Нам и не было бы дела до этой мелкой феодальной страны, однако через сорок лет в ней должен родиться человек. Он даст толчок к небывалому развитию всей тамошней цивилизации.

— Это вы как узнали? — спросил я.

— Проектированием балуемся. Генным, социальным, да много всяких. Наш компьютер даже портрет его составил.

Я протянул руку, и он дал мне листок с картинкой. Там был какой-то текст на тарабарском языке и фотография. Мне думалось, что на ней будет кто-то наподобие Терминатора, но будущий спаситель мира и вдохновитель эволюции оказался худощавым юношей с большими, выразительными глазами.

— А у нас никого такого не родится? — спросил я, возвращая координатору листок.

— Нам запрещено разглашать подобные сведения. Есть ещё вопросы?

— Да, — ответил я. — Задаток.

— Юра! — прикрикнул Сергей Сергеич.

— Это обязательно? — поинтересовался координатор.

— Мы ведь должны доверять друг другу, правильно? Давайте задаток, и моё доверие к вам будет безграничным. Только попрошу не подсовывать фальшивых бумажек.

Лысый пожал плечами, позвонил своим и уже через минуту вручил мне пачку баксов. Я извлёк оттуда несколько купюр, посмотрел их на свет, пошкрябал ногтем воротники изображённых на них президентов. Всё, как будто, было в порядке.

— Юра, как тебе не стыдно! — прошипел Сергей Сергеич.

— Вы, кстати, тоже будьте понастойчивей, — посоветовал я. — А то они и не подумают заплатить вам за ваше ассистенство.

В этом месте лысый координатор поднял руку, не позволив Сергею Сергеичу утопить меня в своём презрении.

— Есть ещё вопросы? — поинтересовался он.

— Последний, — обнадёжил я его. — Это вы прошлой ночью шлялись по нашему двору?

— Что значит — шлялся?! — возмутился координатор. — Я проводил разведку!

— А как вам удалось заставить замолчать собаку?

— Это к делу не относится. Если вопросов больше нет, то будьте готовы завтра проснуться в другом мире.

— Вот никогда бы не подумал, что всё произойдёт столь буднично, — говорил я, ахнув сто грамм и задумчиво жуя огурец. — Мне, конечно, приходилось читывать фантастику там всякую. Про другие миры… Приключения, погони… А тут на тебе: получи, распишись, приступай. По пятьдесят?

— Я же тебе сказал, что пить не буду. И меня глубоко возмутило твоё поведение.

— Это вы насчёт денег? Сразу видно, что вам никогда не приходилось сидеть без денег, не зная, когда будет зарплата, выживать, перехватывать какие-то крохи на стороне, купаться в долгах, мучительно высчитывать, можно ли позволить себе что-то кроме самого необходимого. А вот сейчас, Сергей Сергеич, у меня появился шанс заработать. И я зубами выгрызу у них свои деньги, как бы вы к этому не относились.

Мы с Сергеем Сергеичем и рыжим котом сидели на кухне за скромным ужином. Нина с Петровичем разошлись по домам. На дворе стояла ночь.

— Мне завтра предстоит проснуться в другом мире, а я абсолютно ничего не чувствую. По пятьдесят?

— Убери от меня свою бутылку! А вот мне завтра предстоит побывать в Координационном Совете, и я волнуюсь, как перед первым экзаменом.

— Не смешите меня, Сергей Сергеич. Вы перед первым экзаменом вызубрили всё от корки до корки; волноваться вам было не с чего.

— Откуда такие сведения?

— Догадался. По пятьдесят?

— Да пошёл ты к чёрту! Рыжий, убери от меня свои лапы. Колбасу покупал Юра, к нему и обращайся. Тебе бы, кстати, тоже хватит пить.

— Хорошо, Сергей Сергеич. Сейчас вмажу ещё соточку — и баста. Я уже и не помню, когда последний раз выпивал.

— Могу освежить твою память. Это было вчера.

— Надо же, а я и забыл! Нина Ивановна любезно спонсировала меня, даже не догадываясь об этом. Есть ещё добрые люди на земле. Только вчерашний день не считается.

— Почему?

— Потому что. Хочется мне так. По пятьдесят?

— Юра, мы с тобой поругаемся! Неужели ты не понимаешь человеческих слов?!

— Хорошая водка, Сергей Сергеич, настоящая. А я-то боялся, что подсунут разбавленный спирт, и спасибо ещё, если пищевой. Вам уже сообщили, чем именно вы будете заниматься в Координационном Совете?

— В том-то и дело, что нет. Возможно поэтому меня просто трясёт, когда я думаю про завтрашний день.

— Тогда давайте по пятьдесят. Очень успокаивает.

— Ладно, наливай.

— Ваше здоровье.

Я проснулся и осмотрелся по сторонам. Местом моего пробуждения не была дача Сергея Сергеича.