Валентин Зорин - Династия Морганов
Главным индивидуальным качеством его наследника было отсутствие всяческой индивидуальности. И поэтому, когда 30 лет спустя, в 1943 году он последовал за своим отцом, составители его некрологов были поставлены в крайне затруднительное положение: они были не в состоянии сказать о покойнике ровным счетом ничего, кроме астрономических цифр его состояния. Но и тут им пришлось признать, что рост этого состояния ни в какой степени не связан с деловыми качествами Джона Пирпонта Моргана-младшего. Просто миллионы делали новые миллионы, а «младший» при сем присутствовал. В годы, когда династию возглавлял Морган II, ее фактическим руководителем являлся крупнейший банкир Томас У. Ламонт, которого старый Морган приставил к своему наследнику, зная его бездарность.
Сейчас дела в моргановском семействе вершат представители третьего и четвертого поколений. Изредка, даже не в разделе «бизнес», а чаще всего в разделе «светской хроники» американских журналов, можно увидеть фотографию пожилого долговязого господина с большими залысинами и, как щель копилки, злым ртом. Это внук Моргана-старшего 65-летний Генри Старгис Морган — старший член этого семейства в настоящее время. Он восседает во главе стола в своем загородном поместье, где время от времени собирается семейство для обсуждения дел.
В 1960 году умер его старший брат, Джуниус Спенсер Морган, формально числившийся главой третьего поколения Морганов, но предпочитавший жуирование скучным бухгалтерским книгам и потому еще при жизни передоверивший трон главы династии младшему брату. Своего 47-летнего сына Джуниус Морган назвал Джоном Пирпонтом. Таким образом династическая нумерация пополнилась Джоном Пирпонтом Морганом III.
К этому же, четвертому, поколению Морганов относятся 62-летний Уильям Артур Морган и 57-летний Аллен Морган. Имеет голос на семейных советах и кузен Джуниуса и Генри Морганов — 78-летний Томас Альфред Морган.
Кто же из них является хозяином моргановского бизнеса?
Пожалуй, все… и никто.
Все, потому что, вопреки побасенкам, распространяемым пишущими пронырами, о том, что единственное моргановское, что осталось в «империи Морганов», — это фамилия членов этого семейства, а все их капиталы давно уже перешли в руки тысяч акционеров и, таким образом, империя, дескать, превратилась в «демократическую республику», сегодняшние Морганы в не меньшей степени, чем их отец и дед, держат в своих руках огромные капиталы своей «империи».
Никто, потому что ни один из сегодняшних Морганов не располагает той властью и бесконтрольностью, с которой ворочал своими делами «Корсар». Сложное переплетение финансовых связей, свойственное современным монополиям, а также безликость и деловая посредственность нынешних отпрысков этого семейства привели к тому, что ни один из этих людей не претендует на роль полновластного хозяина и не в состоянии взять ее на себя.
На самом деле наследники и прямые потомки старого Моргана и сегодня играют в мире американского бизнеса заметную роль. Во всяком случае, они занимают видные посты в иерархии большого бизнеса. Но являются ли они хозяевами того дела, которое носит их родовое имя? На сей счет мнения расходятся. В американской литературе нередко можно встретить утверждение, что, дескать, Морганы ныне не те, мол, фамилия осталась, а влияние сходит на нет.
И действительно, завсегдатаи Уолл-стрита, бирже вые маклеры и другая сошка средней руки значительно лучше знают в качестве руководящих деятелей моргановских корпораций и банков таких людей, как Г. Александер, А. Слоун, и некоторых других, нежели, скажем, Джона Пирпонта Моргана III.
В Америке весьма модна теория так называемой «революции управляющих». Хозяева, по словам проповедников этой теории, вовсе не хозяева, а лишь очень богатые рантье, а вся реальная власть в корпорациях и банках перешла в руки значительной прослойки так называемых «менеджеров» — управляющих, которые служат не столько своим хозяевам, сколько массам акционеров. С помощью такого рода рассуждений пытаются доказать пресловутую «демократизацию» капитала, спрятать от посторонних глаз всевластие небольшой кучки некоронованных королей.
О том, как обстоит дело в действительности, можно судить по нескольким случаям, о которых здесь следует рассказать. Это тем более стоит сделать, что обычно все происходящее в тиши директорских кабинетов корпораций, в фешенебельных клубах, где, вкушая от «радостей земных», проводят многие часы владыки денежных империй, между партиями покера и баккара, за стаканом виски со льдом и содовой заключающие миллионные сделки, остается скрытым от глаз непосвященных. И лишь редко тайные бури отзываются рябью на поверхности и общество может догадываться о быте и нравах пауков в банке. Случаи, о которых идет речь, из числа тех редких схваток, шум которых не удается скрыть толстыми коврами и тяжелыми портьерами.
…Еще пять-шесть лет назад, когда на Уолл-стрите появлялась массивная фигура Говарда Шеперда, вслед ему раздавался почтительный шепот, дородные швейцары, смахивающие на министров, опрометью кидались распахивать перед надменным воротилой двери всемирно известных банков. И это неудивительно — в течение многих лет этот бизнесмен возглавлял совет директоров одного из могущественнейших банков Америки — «Ферст нэшнл сити бэнк оф Нью-Йорк», занимал директорские посты ни много ни мало в тридцати других крупных компаниях. Говард Шеперд ворочал десятками и сотнями миллионов долларов, ему внимали предприниматели, перед ним трепетали министры.
Но вот внезапно Шеперд исчез с Уолл-стрита. Из могущественнейшего воротилы он разом превратился в заштатного дельца, потеряв свое могущество и влияние. Что же произошло? Нет, Шеперд не обанкротился, не потерял своего состояния на рискованных спекуляциях. Он просто-напросто не угодил хозяину и был бесцеремонно выставлен им за дверь. Хотя Шеперд и занимал пост председателя совета директоров одного из крупнейших уоллстритовских банков, подлинным хозяином этого банка является Джеймс С. Рокфеллер — кузен пяти братьев Рокфеллеров, возглавляющих знаменитую нефтяную империю. И в тот самый момент, когда капризный и могущественный миллиардер решил, что не нуждается больше в услугах своего управляющего, он просто-напросто выгнал его вон, заменив другим…
Компания «Дженерал дайнэмикс» занимает сейчас одно из первых мест в США по размерам своих ежегодных прибылей. Именно этой компании принадлежит рекорд по числу захваченных ею наивыгоднейших правительственных военных контрактов.
Организатором и руководителем этой компании был уолл-стритовский делец Джон Джей Гопкинс — человек не очень богатый, но ловкий и оборотистый. Дела компании шли хорошо, и Гопкинс почувствовал себя ее полным хозяином, решив, что может распоряжаться по своему усмотрению. Потеряв чувство меры, он в какой-то момент, очевидно, перешел ту невидимую, но непреодолимую границу, которая отделяет хозяев от пускай и доверенных, и очень высоко оплачиваемых, но слуг. Возмездие не заставило себя ждать. В один отнюдь не прекрасный для Гопкинса день подлинные хозяева напомнили о себе, без объяснения причин уволив Гопкинса и заменив его бывшим военным министром Фрэнком Пэйсом. Владельцы контрольного пакета акций решили для увеличения числа военных заказов использовать вашингтонские связи Пэйса.