"Зарубежные детектив 2026-27". Компиляция. Книги 1-11 - Салла Симукка
Белоснежка изо всех сил пыталась сохранять спокойствие и считала секунды. Совершить рывок надо в самую последнюю секунду.
Мужчина приближался. Двери закрывались. У поезда на противоположной части перрона они были еще открыты. Когда Белоснежка увидела, что сейчас они тоже закроются, она быстро нажала кнопку открытия дверей, выскочила, за несколько шагов пересекла платформу, перекинула рюкзак со спины в руку, махнула им, повернулась боком и как раз протиснулась в отверстие закрывающихся дверей поезда.
Поезд тронулся. Как и второй. Белоснежка успела увидеть, как убийца с красным лицом машет ей кулаком, но напрасно. Метро увозило его в противоположную сторону.
Белоснежка плюхнулась на скамейку и вытерла дрожащими руками пот со лба. Рядом с ней сидел мальчик лет десяти, который смотрел на нее с неподдельным интересом. В руках у него была бутылка «Фанты», которую он протянул Белоснежке, вскинув бровь. Девушка поняла, что он ее угощает. Она уже готова была отказаться, но передумала.
Прохладный, чуть выдохшийся апельсиновый лимонад показался ей невероятно вкусным.
20
Они не произнесли эти слова вслух. Но от них обоим стало холодно. Массовое самоубийство.
– Ты что, устроила марафонский забег? Иначе чем еще объяснить, что ты так запыхалась?
Белоснежка подумала о том, что за один день умудрилась обрести сестру, быть заточенной в камере-исповедальне, оставить сестру на милость секты, поблуждать по кладбищу, узнать о лжи Адама и, наконец, сбежать от мужчины, который явно собирался ее убить… И этот журналюга еще смеет шутить!
Выражение лица Белоснежки оставалось серьезным, и Иржи стер с лица улыбку.
– Что случилось? – забеспокоился он.
– Пусти меня внутрь, и расскажу, – ответила девушка.
Они договорились встретиться у Иржи в пять. Белоснежка прибыла на место без пяти, и когда в квартире никто не ответил на звонок, она осталась ждать у подъезда, все время оглядываясь.
Перед этим Белоснежка каталась по городу на разных видах транспорта, пока не уверилась полностью в том, что избавилась от преследователя. Затем зашла в магазин, купила полуторалитровую бутылку воды и выпила ее почти залпом. Головная боль, вызванная обезвоживанием, утихла, и вкус пыльной тряпки наконец исчез изо рта.
Сейчас Белоснежке хотелось прыгнуть в душ, а потом переодеться. Она хотела смыть с кожи ощущение последних событий, хотя это и не помогло бы вычеркнуть их из памяти.
Иржи открыл дверь в подъезд, и они тихо поднялись по лестнице. Белоснежке не хотелось, чтобы ее рассказ отзывался эхом на лестничной площадке, но, к счастью, журналист пока не задавал вопросов. Он понимал, что с девушкой случилось что-то серьезное.
Когда они поднялись на верхний этаж, где жил Иржи, Белоснежка застыла на месте.
– Ты утром забыл закрыть за собой дверь? – спросила она.
Иржи уже шагнул в щель открытой двери:
– Разумеется, нет.
В квартире царил полный хаос. Мебель перевернута, содержимое шкафов разбросано по полу, все ящики открыты, книги сброшены с полок, бумаги перерыты. Но тонкий плоский HD-телевизор остался на месте, как и компьютер, и видеокамера Иржи. Значит, это не ограбление – ведь техника была бы украдена в первую очередь.
Иржи бешено ругался по-чешски.
– Что-то пропало? – спросила Белоснежка, собирая свои вещи.
Она не оставила в квартире ничего, кроме одежды и косметички. Остальное лежало в ее рюкзаке – немного потрепанная книжка Ю Несбё и кошелек, где был в том числе и паспорт. Ношение с собой книжки – глупость, так как спокойных моментов для чтения во время поездки почти не выдалось. Вся одежда Белоснежки была в сохранности, кроме почему-то бюстгальтеров – все они были распороты. Неужели взломщик думал, что она хранит документы государственной важности в маленьких чашечках лифчика?
– Невозможно разговаривать в этом бардаке, – пробурчал Иржи. – Видимо, тут что-то искали. Не знаю что.
Он швырнул на пол круглую сумку, куда как попало покидал одежду, папки и бумаги.
– Нам не безопасно здесь оставаться, – пояснил он, увидев вопросительный взгляд Белоснежки. – Тот, кто здесь был, может прийти сюда еще раз… при желании.
– Куда мы пойдем? – спросила девушка. Она уже успела собрать вещи в рюкзак.
– В одно место, которое охраняется даже ночью.
Белоснежка стояла за деревом в укрытии. Она ждала уже два часа, но могла ждать еще дольше, если бы это понадобилось. Хлебнула из бутылки. В тени деревьев, к счастью, не так жарко. Когда Белоснежка убегала из этого дома, она не думала, что вернется туда в тот же день.
Черный железный забор выглядел как решетка тюрьмы… Но тюрьма ли это для Зеленки? Белоснежка не могла сказать наверняка, но, судя по всему, похоже на то. Зеленка несвободна: она не может пойти куда захочет и когда захочет, не может учиться, ходить на работу, общаться с людьми, делать, что сочтет нужным. А если правда то, что ее включили в «Белую семью» с помощью быстро состряпанных родственных отношений, это делало в глазах Белоснежки тюрьму еще более настоящей.