Инспектор Иманиси ведёт расследование - Сэйтё Мацумото
Подъехав к дому, доктор включил дальний свет, чтобы прочесть табличку: «Кубота Ясуо». Он остановил машину, и они вышли.
— Он сказал, что они снимают задний домик и к нему ведёт отдельная деревянная калитка.
Калитку они нашли. Доктор включил фонарик и толкнул её. Домик отыскался без труда. Это была небольшая постройка примерно в пяти метрах от главного дома. Осветив вход фонариком, они увидели сбоку от дверного проёма, вместо таблички, приклеенный листок с надписью «Миура». Изнутри пробивался тусклый свет.
— Простите, — позвала медсестра, остановившись перед решётчатой раздвижной дверью. — Простите.
Никто не вышел.
— Может, они в глубине дома. Не беспокойтесь, открывайте дверь, — сказал доктор.
Дверь легко отъехала в сторону. Медсестра пропустила доктора вперёд.
— Простите.
Но никто по-прежнему не выходил.
Доктор рассердился. Не бывало ещё, чтобы его вызвали ночью по телефону и даже не встретили у двери.
— Входите, — велел он медсестре.
Медсестра колебалась, но покорно сняла обувь и поднялась из маленькой прихожей в дом.
— Простите, простите, — продолжала звать медсестра.
Ответа всё не было. Не слышно было даже шагов.
— Доктор, никто не выходит.
— Хорошо, войду сам.
Доктор снял обувь. В главной комнате горел свет. Там, должно быть, кто-то был, подумал он.
Доктор отворил раздвижную дверь. Из заботы о больной абажур обернули полотенцем, и в комнате было довольно темно. Комната была в шесть татами; посреди неё постелили постель. Под футоном лежала женщина. Её волосы выбивались сбоку из-под подушки.
Сначала они решили, что муж вышел, быть может, купить льда. Но бесцельно ждать его возвращения они не могли. Доктор откинул футон. Женщина лежала лицом к стене.
— Здравствуйте, — тихо сказала медсестра. — Здравствуйте.
Ответа не последовало.
— Может, она спит? — спросила медсестра, обернувшись к доктору.
— Если спит, значит, дело не так серьёзно.
Держа в руке фонарик, доктор обошёл постель и сел напротив пациентки.
— Миура-сан, — позвал он, вглядываясь ей в лицо.
Но и на голос доктора она не пошевелилась. Лицо её выражало страдание. Брови были сведены, рот слегка приоткрыт.
Вдруг другим тоном он сказал: — Осмотрите дом — нет ли здесь кого-нибудь ещё.
По тону доктора медсестра поняла, насколько тяжело состояние пациентки. Она направилась туда, где, по-видимому, была кухня.
— Здесь есть кто-нибудь? — два или три раза крикнула она. Ответа всё не было. — Нет, доктор, здесь никого нет. — Медсестра вернулась и встала за спиной доктора.
Доктор уже откинул одеяло и приложил стетоскоп к груди пациентки. Он прислушивался к биению сердца с необычайной сосредоточенностью.
Медсестра пошла позвать жильцов главного дома. Это были супруги лет пятидесяти; только что разбуженные, они в смятении поспешили туда.
— Что-нибудь случилось? — спросила жена.
— Я доктор Уэсуги.
— Да, я вас знаю.
— Меня только что вызвали в этот дом по телефону. Я осматриваю пациентку. Её муж здесь?
— Муж? — отозвался хозяин дома. — У неё нет мужа. Она поселилась одна.
— Одна? Но некоторое время назад мне звонил какой-то мужчина.
Доктор взглянул на медсестру.
— Да, это был мужчина. Он просил нас немедленно приехать.
— Ну, мы не звонили. Мы даже не знали, что она больна.
— Доктор, что с ней? — Супруги со страхом вошли в комнату и заглянули на пациентку с края постели.
— Она в критическом состоянии, — сказал доктор.
— Что? В критическом состоянии? — Супруги изумлённо уставились на него.
— Сердце ещё бьётся, но очень слабо. Боюсь, ей не выжить.
— Что… что случилось?
— Она ждёт ребёнка.
— Ждёт ребёнка?
— Да, она беременна. Думаю, срок около четырёх месяцев. Точнее можно будет сказать лишь после более тщательного осмотра, но у неё выкидыш.
Прежде чем произнести слово «выкидыш», доктор помедлил. Он думал иначе, но выбрал более мягкое выражение. Супруги переглянулись.
— Доктор, что же нам делать? Какая беда, — сказала жена.
— При обычных обстоятельствах её следовало бы госпитализировать. Но сейчас уже ничего не сделать.
— Вот уж беда, — сказал хозяин дома. В этих словах слышалось, что он уже думает о хлопотах, которые доставит смерть человека в его доме.
— У неё нет родных? — спросил доктор.
— Нет, никого не знаем. Она только вчера сюда переехала.
Доктор снова взглянул на лицо пациентки. Он велел медсестре приготовить укол и быстро ввёл женщине сердечное средство.
— Она в сознании? — спросил хозяин дома, глядя на неё.
— Нет, думаю, она уже ничего не сознаёт.
Едва доктор произнёс это, губы женщины зашевелились. Доктор напряжённо следил за ней.
— …Перестаньте, прошу вас. Ах нет, нет. Боюсь, со мной что-нибудь случится. Перестаньте, прошу вас, перестаньте, перестаньте… — После этого слова оборвались.
— Иманиси-сан, — окликнул молодой детектив, — вас к телефону.
Иманиси сидел за столом и писал отчёт о ходе дела. Ему поручили какое-то незначительное расследование.
— Хорошо. — Он отодвинул стул и встал.
— Звонит некая Танака.
— Танака?
— Женщина.
Иманиси не мог припомнить этого имени. Взяв трубку, он сказал: — Иманиси слушает.
— Спасибо, что заходили вчера, — произнёс женский голос.
— Да? — Иманиси был озадачен, не понимая, кто говорит.
— Имя Танака вам, вероятно, ничего не говорит. Я хозяйка клуба «Бонёр», куда вы заходили вчера. Хотела сообщить вам об Эмико, но, может быть, вы уже знаете?
— Нет, ничего не знаю. Где она?
— Эмико умерла.
— Умерла? — Иманиси был потрясён. — Это правда?
— Значит, вы ещё не слышали. После того как вы ушли из бара, мне позвонил новый хозяин квартиры Эмико. Он сказал, что Эмико умерла и хочет связаться с её родителями. Он спросил, знаю ли я, где они.
— Понятно. Отчего она умерла? — Иманиси всё ещё был поражён. Сначала он подумал, что Эмико убили. Но если бы это было убийство, в отдел расследования убийств уже поступило бы сообщение.
— По-видимому, она была беременна, упала и сильно ударилась животом. Я и не подозревала, что она беременна, так что, услышав об этом, была потрясена. — Хозяйку, казалось, беременность Эмико удивила больше, чем её смерть.
— Где это произошло?
— На новом месте. Кажется, она только что туда переехала.
— А адрес? — Иманиси взял карандаш.
— Передам вам в