Отпечатки. Дети окраин - Антон Вадимович Мамон
Полина кивнула и взялась за дело. Кофемашина зашипела и захрустела зернами. Девушка подготовила сливки и пустой стакан, а между делом спросила:
— Как поговорили? Всех поймал, все звездочки на погоны собрал?
— Ну если бы это было так просто… Самая веселуха только начинается. Может, ты еще что-то знаешь полезное?
— Может, и знаю. Люди ведь нас, обслуживающий персонал, не воспринимают всерьез. Пока ждут свой заказ, обсуждают всякое. В том числе и страшные секреты, — она пожала плечами. — Но как информатор я работаю после шести вечера, днем я всего лишь скромная бариста.
— Слушай, ты что, проспорила кому-то?
— В смысле?
— Ну зачем тебе такой дед, как я? Симпатичных ровесников не хватает?
— О чем с ними говорить? — закатила глаза Полина. — Они в голову только едят. А ты вроде не глупый, ну и да, симпатичный, — она повернулась, чтобы поставить стаканчик на решетку поддона, и Клим заметил небольшую рану на скуле.
— Это кто тебя так? — Вавилов коснулся своей щеки и поморщился.
— Да так… есть рукастые. Ерунда.
— Расскажешь? Сегодня после шести.
— Посмотрим, — заметно повеселела Полина. — Ваш кофе готов.
— Спасибо, — Клим положил на стойку пятьсот рублей. — И за свидетеля спасибо. Сдачи не надо.
— Увидимся, — она поправила волосы так, чтобы скрыть припудренную ссадину.
Клим вышел, закурил и пригубил кофе. Терпкий вкус американо вернул бодрость. Вавилов открыл переписку с Владом и кликнул по номеру телефона в сообщениях.
— Алло! — моментально отозвался мужской голос.
— Семен Лебедев?
— Да. А кто это?
— Здравствуйте! Капитан полиции Клим Вавилов. Хотелось бы встретиться с вами и обсудить несколько моментов. Это касается гибели вашего брата.
— Откуда у вас мой номер? — озадачился Семен.
— Вы его выложили в общий доступ. В группу памяти Аркадия, на случай, если кто-то захочет поделиться информацией.
— Хм, верно. У вас появилось что-то?
— Нет, но я… — Вавилов на секунду задумался. — Я пересматривал старые дела и наткнулся на ваше. Хотел сверить часы с тем, кто был непосредственным участником событий. А то ведь двадцать с лишним лет прошло, я еще в школу ходил, когда все случилось… Поможете разобраться?
— Конечно. Мне подойти в отдел?
— Нет, я бы встретился с вами неформально в любом удобном месте.
— Супер. Я сейчас на тренировку еду, а после свободен. Это в центре.
— А где именно?
— Дворец спорта имени Петра Коврыгина.
Клим поперхнулся напитком, но сделал вид, что закашлялся, и просипел:
— Отлично. Присылайте на этот номер адрес и в котором часу можно к вам подъехать…
— Хорошо, спасибо!
Парень повесил трубку, оставив Клима в полнейшем недоумении. Разве бывают такие совпадения? Младший брат погибшего ходит в ту же секцию, что и главные подозреваемые.
Вавилов будто нащупал ниточку: дерни за нее, и откроется секретная дверца, по ту сторону которой скрывается правда. Он боялся праздновать раньше времени, но это не помогло унять дрожь предвкушения в руках. С трудом дождавшись полудня, Клим сел в авто и поехал на встречу.
В дороге не играла музыка — Вавилову вполне хватало хоровода мыслей в голове. Подумать только, он едет говорить с тем, кого лишил брата и счастливого детства. С тем, кто его люто ненавидел, сам того не зная… Семен и не догадывался, кто на самом деле предстанет перед ним сегодня в обличье добропорядочного блюстителя порядка.
Убийца.
Пусть и случайный, давно раскаявшийся, совершивший грех по глупости, но все же убийца. По крайней мере, тот, кто, подчинившись звериному инстинкту юности, участвовал в происходящем и видел страшный финал.
Клим замер перед входом и приложил телефон к уху. В голове мелькнула шальная мысль отменить встречу прямо сейчас, сослаться на непредвиденные обстоятельства, умчаться прочь, пока Семен не появился на проходной… Задуматься над этим всерьез не вышло. Дверь центрального входа распахнулась, из нее появился статный молодой человек в спортивном костюме. Он кивнул одетому в форму Климу и протянул руку. Тот ее пожал.
— Здесь недалеко есть кофейня. Там тесновато, но довольно уютно, — Семен открыл в телефоне карты.
— Думаю, там толком не поговорить. Кстати, удобно будет на «ты»?
— Конечно.
— Давай тогда я тебя просто подвезу до «Рощи», а в дороге как раз и побеседуем.
— Откуда ты знаешь, что я из «Рощи»? — насторожился спортсмен.
— Я же из полиции, — напомнил Вавилов.
— Покажи удостоверение, — попросил Семен и, встретив ухмылку, добавил: — Я серьезно.
Клим достал корочку. Лебедев внимательно изучил документ, хлопнул им, как книжицей, и вернул владельцу.
— Едем? — спросил Клим и, дождавшись кивка, повел Семена к машине.
Неловкое молчание затянулось. Вавилов все не решался начать болезненную для обоих тему. Тогда Семен взял инициативу в свои руки:
— Значит, теперь ты занимаешься делом? Что это вдруг? Больше двадцати лет прошло. И вообще, насколько помню, ваши от него открестились, спихнули все на несчастный случай и успокоились.
— Да. Но я помню эту историю еще с детства. Как только представилась возможность, достал дело из архива и ознакомился с материалами. Мне кажется, там немало странностей, — Вавилов ехал намеренно медленно, в среднем ряду.
— Вроде показаний того свидетеля, который видел толпу малолетних выродков, которые гнались за Аркашей?
— Этого я в материалах не видел, — соврал Клим. — Ты считаешь, что дети стали причиной наезда?
— Очевидно, — горько усмехнулся Семен. — Они загоняли его, как зверя. У него просто не было выбора. Каждый из них должен за это ответить…
— Допустим, ты прав и потасовка с хулиганами оборвала жизнь твоего брата. Какого наказания для них хочешь? Ты ведь совершенно прав, все случилось много лет назад, а значит, срок давности уже вышел. Да и преступники, если верить свидетельским, были несовершеннолетними. По закону мы ничего не добьемся.
— Так зачем это все? — беззлобно спросил Лебедев. — Зачем вы копаетесь в могиле моего брата, если сами же залили ее бетоном?
— Послушай, Семен, я правда хочу помочь, но без твоего содействия это невозможно.
— Спасибо, не стоит, — он вдруг словно закрылся и уставился в окно. — Моя семья отлично справлялась без участия полиции все эти годы. Думаю, нет смысла что-то менять.
—