Инициация - Оратор

Ярополк подумал, что переплыл реку без происшествий и оказался в чернухе, его за ногу попытался кто-то схватить, старец лишь в последнюю секунду успел спасти ногу и развернуться в сторону угрозы, это было просто огромное подобие крокодила метров пятнадцать в длину, огромные пластины кожи, уродливо наслаивающиеся друг на друга, его маленькие чёрные глаза смотрели на старца как на обед. Покрыв тело плотным покровом Богатыря без единой воронки нестабильности, уперевшись тому в бок, воин схватил яростного крокодила за пасть, тот попытался уйти на глубину, но не успел, хват у Богатыря под покровом был жёсткий, схватив крокодила за язык, он за мгновение его вырвал, раздался беззвучный стон, а во все стороны хлынула мутировавшая кровь. Не теряя времени, Ярополк пробил грудную клетку умирающей твари, вытащил сердце и вышел на берег, пытаясь отдышаться, отвык он от сражений со скверной такого уровня. Но отдых в чёрной зоне был непозволим, радиация тут стояла такая, что после каждого вдоха было ощущение, что в лёгкие втыкают иголки, мужчину спасал только энергетический покров, едва он его отпустит, его раздавит, именно поэтому он соврал семье и пошёл не во вторую красную, а в чёрную, он чувствовал, что для третьего прорыва ему нужен стимул другого уровня. Зона не давала думать, берёза, развернувшаяся перед ним, натурально ударила воина веткой, а на коре забегала сотня ужимок, этого он не ожидал, но успел парировать рукой, которая от мощи треснула, однако ногой он успел подхватить упавшее сердце и, закинув его себе в рот, заглотил сердце в два укуса, держать покров стало проще. Сделав кувырок, он уклонился от ветки второго дерева, неожиданно он понял, они все живые, все пятнадцать на первой береговой линии.

Удары прилетали со всех сторон, покров терял плотность, и вдохи без него чуть не убили Ярополка, минут двадцать отбивался старый монстр одной рукой, пока один особенно мощный пропущенный удар не откинул его на сотню метров прямиков в реку, хлюпнувшись с оглушительным визгом, старец потерял сознание, начав тонуть в отравленной реке.

Ярополк всплыл на поверхность, чуть не задохнувшись за пару минут, проведенных на дне, было ощущение, будто его переживали и выплюнули, однако регенерация успела справиться с открытыми сечками, и даже ушибленные рёбра не так тянуло. Уплотнив покров в области глаз, старец вглядывался в деревья, выглядевшие абсолютно непонятными на энергитическом уровне. Минут пять он всматривался вдаль, не рискуя причалить у берега, пока на уровне радиационного зрения он не увидел огромную концентрацию энергии в маленьких деревцах рядом с берёзами, в тех самых двухметровых корнеплодах, пока до него не дошло, это были сердца пятидесятиметровых деревьев! С этим осознанием план расчертился сам собой: пережить первый натиск, схватить огромный плод и переплыть реку вновь. Собравшись с силами, он перешёл к действиям, несколько чудовищных гребков, и он на суше. Удар сверху в район затылка и снизу в область голени оказали ему радушный приём, однако незваный гость лишь перепрыгнул вперёд, как через козла, и сделал несколько шагов к заветной цели, в следующую секунду воздух разрезало уже семь выпадов, Ярополк не пытался сделать невозможного, укрепил покров, сжал энергию до максимума, на который способен лишь ветеран, и принимал удары, закрывая единственной рукой голову. Ещё мгновение, и плод перед ним, быстрое движение ног, секунда, и Богатырь, подпрыгнув с плодом на метра три, пытаясь убежать, вновь принял удар на себя, специально ослабив покров, чтобы его отбросило в реку, но не настолько сильно, чтобы последствия были летальными. Мгновение, и тело Ярополка встретила мутная жидкость, а сам он плыл на плоде к берегу. Очередные пять минут, и старец вновь касался босыми ногами земли, любимые ботинки, к сожалению, смыло. Замерив ИБР, он увидел идеальные для прорыва значения 59,5 %. Вот что с ним сделало всего пару минут в адской чернухе, взгляд война устремился на огромный плод, мутагена в нём было как в двадцати сердцах, минимум два литра. Сумма жидкость он оценил на глаза тысяч на тридцать, прознай клановые про секрет этого места, могут возникнуть проблемы.

Сделав маленький разрез в плоде, дабы мутаген вытекал аккуратно, он подставлял одну за другой взятые банки. Да, целью было прорваться, но лишними ресурсами никогда нельзя разбрасываться, закончив процесс, он выпил содержимое одной из банок целиком. И тут понеслось, резко что-то взорвалось в правой ноге, заваливая старца на бок, глаза застилал мутаген, культя, результат строй травмы, покрылась чудовищным чёрным, словно сейчас отпадёт, несколько ребёр раздробило в труху. Однако старец был опытен, он умел терпеть боль. Встав на одну ногу, Ярополк начал проделывать боевой комплекс Лютояровых, эта техника рукопашного боя была неизвестна никому по понятным причинам, мужчина разработал его не сам, а подчеркнул из книги в бункере, он не мог понять слова, но картинки из учебника закрепились в подкору. Выдержав пик боли, Ярополка резко выбросило из медитации, и он осознал, что на месте кульи красовалась вторая рука, нога регенерировала. На свет родился новый Воевода.

Тем временем в кабинете Михаила Сабурова царила напряженная атмосфера, каждый, кто умудрялся попасть под горячую руку, получал выволочку, даже Настенька, любимая длинноногая служанка, не радовала хозяина, капилляры в глазах уже несколько раз за день лопались, цифры в отчётах предоставляли ситуацию всё суровее. Доставая из сундука артефакторное зеркало, Сабуров сглотнул, ему предстоял сложный разговор.

Поставив таинственное зеркало на стол, он начертил на корпусе порядок цифр дорогим рафинадом из пурпурной зоны, каждый штришочек стоил тысячи гривен, ужасная ситуация.

— Здравствуй, Михаил! Поздоровался мужчина чей силуэт всплыл в зеркале. Собеседник был одет в дорогой китель со знаками отличия понятными только высшей аристократии, находился он не в поместье, а в палатке судя по всему на боевом выходе, но величественная аура всё равно создавала элемент давления.

— Здравствуйте, Николай Байсурович. Поприветствовал собеседника мужчина, склонив голову.

— Давай без церемониала, ты знаешь ПОЧЕМУ я попросил связаться?

— Не могу знать. Чуть ли не простонал Сабуров.

— В этом и проблема, знать ты должен. Уверенно, без истеричности, но с нажимом произнёс собеседник. Ты обещал построить самый крупный во всём Хорезме завод, лил мне мёд в уши, обосновывал это тем, что в губернии всего один пурпуровый дом и тот торговый, конкуренции нет, а спрос имеется. И вот сейчас я недосчитываюсь шестиста тысяч гривен. Ты догадываешься, как мы будем решать вопрос?

— Мы всё отдадим, но деньгами не выйдет, только мутагеном.

— Свой низкоранговый мутаген можете оставить своим детям, мне нужно