Фредерик Неваль - Гробница Анубиса

Всякое сходство с жившими ранее или живущими ныне реальными людьми — результат случайного совпадения.

«Какого черта я не сдал в починку этот треклятый кондиционер?»

Эта мысль не давала мне покоя, когда я свернул на шоссе А6. Солнце, по вечернему времени низкое, так жгло мою левую руку, что мне насилу удавалось манипулировать баранкой своего джипа так, чтобы не обжигать пальцев. В какой-то момент я чуть было не поддался соблазну припарковаться на площадке для отдыха, чтобы подождать, пока эта дикая жара хоть немного спадет. Но решиться на это я не мог. Я спешил вернуться в Барбизон как можно скорее. Мне не хватало моего сводного брата и Мадлен, да к тому же, каким бы смехотворным это ни казалось, меня беспокоило, что они там одни.

Три недели назад моя приятельница и коллега Друзилла Каро была вынуждена сначала прибегнуть к мольбам, а потом и голос повысить, чтобы заставить меня покинуть родные пенаты и присоединиться к ней в Дельфах, где она затеяла раскопки.

«Да отвяжись ты от Этти, Морган, оставь его в покое! Он тобой наверняка уже по горло сыт, ты же торчишь у него за спиной с ранней зари до темной ночи! Дай парню вздохнуть и поскорее приезжай подставить мне плечо. Это пойдет на пользу как тебе, так и ему, можешь мне поверить».

Я поддался уговорам и, признаться, хотя работенка изнуряющая, был счастлив вернуться на стезю археологии. Что отнюдь не мешало мне, к немалой досаде брата, названивать домой, по самым скромным подсчетам, раза три в день — так было в первую неделю.

— Дела у меня идут лучше некуда, Морган, хотя соседи прошлой ночью вызвали полицию, когда увидели, как я нагишом танцевал в саду. И вот забавная деталь: они там вроде бы труп нашли и топор с моими отпечатками, но я, хоть убей, ровным счетом ничего не помню. Алло! Морган! Ты еще на связи?

После этого я стал звонить пореже.

«Замедлить движение!

Дорожно-транспортное происшествие!

Пробка длиной в пятнадцать километров».

Я изрешетил взглядом мигающий дорожный указатель, как будто он был виновником столкновения, и включил радио.

— «…на уровне этого ответвления автострады А6. Машина „скорой помощи“ врезалась в туристический автобус. Согласно последним сообщениям, к нашему прискорбию, имеются один тяжело раненный и трое раненных легко. Помощь к ним уже прибыла, и движение на одной полосе восстановлено. Если вы находитесь в этой зоне, притормозите и сохраняйте бдительность. Мы по- прежнему на автостраде А6, на уровне…»

Движение настолько замедлилось, что я тормознул и заглушил мотор, остановясь вплотную к «мерседесу», что шел впереди. Водитель машины справа, молодой парень, голый торс которого лоснился от пота, бросил на меня раздраженный взгляд, я же в ответ пожал плечами, что означало покорность судьбе. Он повернул ключ зажигания и тоже заглушил мотор, потом, угрюмо насупившись, закурил сигарету.

Я последовал его примеру и полез во внутренний карман рюкзака, лежавшего на пассажирском сиденье. Достал мобильник:

— Этти? О, Мадлен! Привет. К обеду? Нет, вряд ли, я в пробке застрял: тут на шоссе столкновение. Что ты говоришь? Когда? Нет, я слушаю только дорожные известия. Вы в этом уверены? Средь бела дня? Недаром я вам сто раз говорил, что пора выбираться из этого ада. И я вас тоже целую. До скорого.

Я положил трубку и принялся жать на кнопки радиоприемника, ища новостные каналы нон-стоп.

— «…в Брюсселе, где должны обсудить угрозу просачивания в правящие европейские структуры баптистов, членов псевдохристнанской секты, в связи с прошлогодними фактами кровавого захвата заложников в двадцати семи клиниках, производящих аборты. (Краткая рекламная пауза.) Полиции все еще не удается раздобыть дополнительные сведения относительно кражи части коллекции египетских древностей из захоронения Тутанхамона, в том числе его мумии, знаменитой посмертной маски и ряда других примечательных для той эпохи предметов.

Похищение совершилось внезапно, в семь часов утра в аэропорту Бурже. Напоминаем, что данная коллекция, предоставленная во временное пользование Каирским музеем, должна была в течение двух месяцев, июня и июля, экспонироваться в Париже, в Лувре. Авторитетные источники не исключают, что это дело рук террористов, и опасаются, как бы столь бесценные реликвии прошлого не стали в этом случае разменной монетой. И действительно, это внезапное похищение совершилось за три дня до процесса над исламистскими террористами, обвиняемыми в подготовке покушения, предотвращенного 2 февраля минувшего года на Лионском вокзале. С нами на прямом проводе из Бурже…»

Ошарашенный, я более получаса слушал свидетельства очевидцев, предположения репортеров и специалистов всех мастей, которые, похоже, единодушно опасались, что, если главные экспонаты коллекции безвозвратно исчезнут, на основании этой «культурной катастрофы» может разразиться серьезный дипломатический конфликт. Египетские власти в выражениях, завуалированных более чем прозрачно, обвиняли Францию в том, что достаточная охрана этих ценностей не была обеспечена, проявлена небрежность, приняты не все меры предосторожности, необходимые во избежание несчастных случаев подобного рода. В ответ на это набережная д'Орсе изобличала некомпетентность египетских разведслужб, тыча своим указующим перстом в роковое упущение последних: они же со своей стороны должны были дать исчерпывающие сведения касательно угроз, которыми мелкие фундаменталистские группировки докучали музейным хранителям Каира.

Похищена часть коллекции Тутанхамона… Прекраснейшие из сокровищ, найденных в легендарной гробнице… В голове не укладывается!

Я хотел было раскурить вторую сигарету, но стоявшая передо мной машина сдвинулась на несколько метров, пришлось трогаться и мне. Я нажал на педаль акселератора.

Кокетливый особнячок, где мы обитаем, приютился на краю Барбизона, у самой опушки леса Фонтенбло. Этот дом — подарок брата, которого мне было суждено обрести вновь, получив в придачу такие жуткие треволнения, каких я за всю жизнь не припомню, — некогда принадлежал старинному другу моего отца, со смертельным исходом упавшему с балкона библиотеки. Драма, объяснить которую мудрено, принимая во внимание высоту и прочность балконного ограждения, но в ней не усматривается ничего странного, если учесть, что беднягу как нельзя более энергично побудили избрать кратчайший путь со второго этажа до асфальтовой дорожки.